18 мая исполняется 19 лет со дня смерти Светлана Андреевича Семененко – тонкого лирического поэта и выдающегося переводчика эстонской поэзии и прозы на русский язык. Вспоминаем его на страницах «Вестника Тарту».
Ольга Титова
В 1962 году в составе «студенческого десанта» профессора Бориса Фёдоровича Егорова Светлан Семененко оказался на филфаке Тартуского университета. Молодой человек уже был влюблён в поэзию, увлечён Цветаевой, Элюаром, Пастернаком. В те годы в Тарту стихи писали и физики, и лирики. Однако Светлана сразу признали не просто поэтом, но корифеем. Его стихи появлялись практически в каждом выпуске газеты «Tartu Riigi Ülikool». Одарённого студента оценил Юрий Михайлович Лотман. В архиве Семененко осталось письмо, где профессор писал, как Светлан талантлив и как много и тяжело придётся ему работать, чтобы этот талант осуществить. И то, и другое оказалось правдой…
Творческий путь Светлана Семененко всегда пролегал через произведения других поэтов. Многим он открыл малоизвестные тогда имена: Сергея Петрова, Евгения Витковского, Марии Карамзиной. Светлан обладал редкой способностью восхищаться чужими талантами. Это тоже помогло ему сделаться одним из лучших переводчиков с эстонского на русский. И обогатило его собственные тексты, некоторые из них сложно понять без знания, например, стихов Пауля-Ээрика Руммо – первого эстонского поэта, который произвёл на Семененко впечатление, которого он называл поэтом удивительного чувства равновесия. Затем последовали Бетти Альвер (Светлан ещё студентом бывал у неё в гостях в Тарту, обращаясь к ней трогательно «госпожа Бетти»), Хейти Тальвик, Марие Ундер, Яан Каплинский, Густав Суйтс, Арви Сийг, Айн Каалеп и многие другие. Любимыми авторами для него остались трое: Пауль-Ээрик Руммо, Бетти Альвер и Юхан Вийдинг.
Первые стихотворные опыты относятся к началу 1960-х. Тем, кто знал молодого Светлана, помнятся эти строки: «Когда шаги, когда ручьи, когда капель, когда… / Я улетаю навсегда / и говорю тогда: / вы – оставайтесь – на виду, / я больше не хочу, / я ничего от вас не жду / и потому лечу…» Трудно поверить, но эти стихи родились в далёком 1963 году. Или пронзительное: «Я боль зубовную, тебя, покуда поезд провожу, пока вполслуха, про себя, хоть начерно перетвержу…»
Cоучениками Светлана Семененко были известные ныне люди: будущие издатель Нелли Мельц, преподаватели филфака Таллиннского пединститута, супруги Елена Душечкина и Александр Белоусов, писатель и краевед Лейви Шер, литератор и общественный деятель Арсений Рогинский, переводчица Татьяна Теппе, профессор Ирина Белобровцева и её муж, журналист Виталий Белобровцев, журналист Этери Кекелидзе. По словам поэта Бориса Артюхова, тоже выпускника Тартуского филфака, «звание тартуанца – как и олимпийского чемпиона – присуждается пожизненно».
Стихам Светлана Семененко свойственны лаконичность, дисциплина, высокая культура. Во многом это проистекало из того, что он был воспитанником Тартуской филологической школы.
Переводами Светлан вначале занимался просто для удовольствия и изучения языка. Постепенно это стало делом жизни. Около 10 лет Семененко работал заведующим отделом поэзии в журнале «Таллинн» – и рубрика все эти годы была блестящей! И хотя потом постоянной службы у него подолгу не было, привычка садиться утром за письменный стол осталась неизменной: «И всё идёт как по маслу: в 8 вставать, / в 10.30 за стол – и до вечера не разгибаться, / и писать, и писать, и писать, и писать, и писать».
Собственное творчество Семененко долго оставалось в тени его переводческой деятельности. Свой первый сборник «В понедельник вечером» он выпустил только в 1979 году.
Друзья семьи Семененко вместе с детьми почти каждое воскресенье собирались в центре Таллинна в квартире Елены Душечкиной и Александра Белоусова. Три поколения играли в шарады. Игра пришла из семьи Лотманов: нужно было изобразить немым способом слово по частям либо строчку из стихотворения или песни, поэтому её ещё называли «убогонькой». Чувство юмора у Светлана Андреевича было потрясающее, и в любом возрасте он мог самозабвенно играть, опережая даже молодёжь.
Однокурсники Светлана Семененко всегда посещали его творческие вечера, присутствовала и семья – супруга Элеонора Моисеевна и сыновья Никита и Алексей; они держались очень скромно и деликатно. Вечера были увлекательными, с выдумкой, в паузах непременно звучала музыка. Светлан любил джаз, особенно композиции Леонарда Коэна. Друзья младшего поколения, как признавал поэт, открыли для него творчество Бориса Гребенщикова.
Ещё одним всегда доступным источником радости и вдохновения была природа, которую Светлан Андреевич обожал едва ли не больше стихов. Им воспет почти каждый цветочек. Вспомним перевод стихотворения Бетти Альвер «Между Йыгева и Педья» (место по пути из Таллинна в Тарту): «Да простят меня таволга, донник, подмаренник, журавельник, мышиный горошек, подорожник, полынь, трубки, пижма, тмин, лютик, щавель и прочие кровные дети Железнодорожной Флоры!»
А вот текст самого Семененко: «я предсказал неизбежную гибель древнего луга у нас на горе / в I микрорайоне где гумуса слой едва достигал десяти сантиметров / луга поросшего камнеломкой ромашкой белым и жёлтым донником / мать-и-мачехой резедой вечерицей / репейником и редкой бледно-лиловой болотной гвоздикой…»
Он также хорошо знал птичий мир, очень важен в его творчестве образ поэта как птицы: «Пой, утренняя птица, / и спи, и спи, и пой, / покуда не случится и мне запеть с тобой».
Второй сборник Светлана Семененко, «Свет в декабре» (1985), показал, что его автор – прежде всего поэт, а уж потом – переводчик, пусть уникальный (переводивший только с эстонского), и филолог, пусть и исключительно эрудированный: «Не знаю, не знаю, какое мне дело до прочих, / мне Ревельских крошечных горок довольно для плача, / где братья мои бестолковые душу друг дружке морочат. / И жить не умеют иначе» («Элегия»). Образ ревельских горок пришел из стихов Пауля-Ээрика Руммо.
Cветлан Семененко был человеком очень общительным (впрочем, иногда уходил в некий добровольный затвор, по настроению или для работы). Друзей и знакомых имел множество (хотя, по словам сына Никиты, по-настоящему близких друзей у него было немного). В общении поэта отличала аристократическая вежливость, мягкая ирония, учтивость с любым собеседником. Он мог найти общий язык с учёным из Питера или Тарту, с финским поэтом, с корректорами газет, продавщицей в книжном магазине, с барменшей, с соседкой по дачному участку (эта славная женщина назвала его «настоящим народным поэтом»).
Особая дружба связывала поэта с театром песни «Перекрёсток», который основали таллиннские музыканты Александра Соловьёва-Кулль и её дочь Рита Соловьёва. Светлан Семененко участвовал в 2006 году в фестивале авторской песни, поэзии и музыки «Свет в декабре», названном в честь его книги. После ухода из жизни поэта фестиваль проводился до 2019 года и всегда начинался с программы его памяти.
В Тарту Семененко бывал в доме известной мемуаристки, автора знаменитой книги «Люди моей жизни» Тамары Павловны Милютиной. Как вспоминает однокурсница поэта, филолог и преподаватель Людмила Еланская, «Тамара Павловна с бесконечным уважением и пиететом относилась к Светлану, называла его исключительно Светлан Андреевич, считала его интересным человеком и серьёзным поэтом, радовалась выходу его сборников».
Светлана Семененко помнят в Таллинне, Тарту, Кохтла-Ярве, Нарве, Калласте, Муствеэ… О счастье дружбы с поэтом можно рассказать немало. Но хочется вспомнить главное: мы постоянно наблюдали процесс создания стихотворений – на кофейных посиделках, прогулках, в гостях в его квартире в Ласнамяэ, «новом микрорайоне, вставшем на тектоническом глинте». Светлан всегда носил с собой блокнотик либо просто листы бумаги и записывал рождающиеся на ходу строчки. Некоторые черновики, а порой готовые автографы с дарственными надписями, преподносил нам. Это и был тот «редкий божественный миг слиянья поэзии с жизнью», о котором Семененко писал в своих стихах и который мы переживали как повторяющееся чудо.
Весной 2007 года, уже тяжело больной, Светлан Андреевич снова стал появляться на людях, общался с друзьями, всем дарил подарки, а женщинам – непременно цветы, чаще всего тюльпаны: красные, фиолетовые, розовые с бахромой, жёлтые… Уходя домой, поэт уносил с собой отдельный цветок для жены.
В его стихах последнего времени есть моменты удивительной внутренней тишины, принятия Божьей воли (хотя образ Создателя, Спасителя, Того, «кто нас от мук избавит», появлялся в его стихах всегда): «Всё просто. Нынче, видишь, сеет дождь. / Всё замерло, и всё кругом притихло. / Недаром на Успенье всяк спешит / на гору, в храм. Там нынче отпеванье. / И верно: это заповедь Её, заступницы всех сирых, всех болящих / и скорбных разумом, что на людское зло / злом, да ещё сугубым, отвечать нельзя, нельзя! / Дождь зарядил с утра. / И в сердце дождь. А на душе – покойно».
Той же весной Светлан Семененко отнёс две подборки с условным названием «Из ранних тетрадей» в журналы «Таллинн» и «Вышгород». Увидели свет не известные до того стихи тартуского периода, вошедшие потом в его последний сборник «Со всеми, кем любим, кого люблю», над которым он продолжал работать уже в больнице. В одноименном стихотворении поэт выразил главное – свою принадлежность к пишущим и свою благодарность Создателю: «За жизнь благодарю. За горний труд / гонцов Твоих над спящим нашим станом, / что, в круг сойдясь, глаголют и поют. / Молюсь об этом бденье неустанном».
Первый некролог появился в газете Postimees 21 мая 2007 года. Автор, главный редактор журнала «Таллинн» Нелли Абашина-Мельц, писала: «После ухода Юрия Михайловича Лотмана и Зары Григорьевны Минц смерть Светлана Семененко, наверное, самая большая потеря не только для тартуского братства 60-80-х годов минувшего века, но и для русской культуры в самом широком её понимании».
Автор благодарит сына поэта Никиту Семененко и его вдову Элеонору Фридман за ценную информацию и постоянную поддержку мероприятий памяти Светлана Семененко.
Светлан Семененко
Родился в Ленинграде 26 ноября 1938 г. в адвокатской семье. Его отец погиб в 1942 г. В войну будущий поэт с младшим братом был в эвакуации в г. Галиче Костромской области. Вернувшись в Ленинград, закончил школу, искал призвание на физфаке, потом – биофаке Ленинградского университета.
С 1962 г. учился на филфаке Тартуского университета. Первые стихи, публикации и переводы появились в Тарту. В 1967 г. переехал с семьёй в Таллинн.
Перевёл произведения более 50 эстонских поэтов и прозаиков, выпустил четыре поэтических сборника. Член Союза писателей СССР (1975) и Союза писателей Эстонии (1991). Лауреат Литературной премии Эстонской ССР имени Юхана Смуула (1982), премии имени Игоря-Северянина (2000), премии эстонского фонда «Капитал культуры» (2003).
Похоронен на писательском участке кладбища Метсакальмисту (Таллинн).